Страницы истории шиитской государственности (2)



Фатимидское правление – самый славный период интеллектуальной деятельности в исламской истории

Интеллектуальная жизнь в Египте в фатимидский период достигла высочайшего прогресса из-за значительного числа богословов, проживавших в Египте, либо приехавших туда извне, равно как и числа доступных книг, написанных по различным областям исследований.

Фатимидские халифы назначали ученых на ведущие посты при своих дворах и поощряли их учеников. Они выделяли отдельные фонды для расходов на тех, кто стремится к получению знания, чтобы дать им возможность посвятить себя целиком и чистосердечно интеллектуальной деятельности. Фатимидские халифы превзошли всех в том внимании, которое уделялось ими делам ученых и их учеников, опережая тем самым других правителей и другие государства, в которых ученые не занимали такого уважаемого положения и не имели такого признания. Самым важным шагом в этом направлении было выделение отдельных фондов, способствовавших росту интеллектуальной деятельности в этих странах. Мы уже обсуждали, какое внимание уделялось фатимидами основанию библиотек в своих дворцах и Дар-уль-Илма, чтобы ученые могли оттачивать свое знание и извлекать пользу из опыта своих предшественников. Поощрение фатимидами студентов достигло такой степени, что кади Ан-Нуман слышал, как халиф Аль-Муизз говорил: «Нам доставляет удовольствие наблюдать, как люди из числа наших друзей стремятся к знанию и мудрости и добродетели, равно как мы радуемся успехам наших собственных детей». Под покровительством таких правителей и в свете сказанного Аль-Муиззом, ученые не только находились в условиях, когда они были свободны от всяких нужд и ограждены от голода, но и также их деятельность поощрялась в направлении исследований, обучения и написания собственных трудов (авторства).

Ученые упоминают нескольких ученых, которые приехали в Египет в перод фатимидского правления и встретили такое поощрение своим усилиям, что всегда вспоминали потом Египет и фатимидов добрыми словами. Ибн Аль-Усайбаа сообщает, что Аль-Мухаззаб бин Ан-Наккаш был талантливым врачом, приехавшим в Дамаск из Багдада, и остававшимся там некоторое время, но не мог найти там источника удовлетворения своих (материальных) нужд. Он слышал о Египте и о щедрости халифов в отношении тех, кто обращался к ним, особенно – из числа ученых и писателей. Таким образом, он отправился в Египет, где с ним обходились очень щедро и оставался он там в почете. Мы снова ссылаемся на сказанное историками о том, что кади Абдул-Ваххаб бин Али был одним из самых выдающихся правоведов маликитской школы. Автор «Тариху-Багдад» написал о нем: «Я никогда не видел среди маликитов более образованного правоведа. Когда условия его жизни в Багдаде ухудшились, он отправился в Египет, где Фатимиды отнеслись к нему с почетом, несмотря на то, что он следовал доктрине, находящейся в противоречии их доктрине. Он стал очень успешным человеком, но состояние его здоровья ухудшилось, так что он говаривал: Нет бога, кроме Аллаха! Едва начав жить, мы умираем».

Помимо этих двоих, было много и других ученых, бывших против фатимидской доктрины, но находившихся в почете и щедром обхождении со стороны фатимидов.

Каир фатимидов был центром внимания ученых и желанным местом для учеников. Во время фатимидского правления Египет обрел возможность вести за собой весь исламский мир в интеллектуальной жизни и распространять свои идеи на другие страны. Мы видим, как некоторые ученые, выступавшие против шиитов вообще и фатимидов в частности, сами отправлялись в Египет и попадали под влияние определенных распространенных там в то время идей. Наиболее подходящим примером такого ученого может служить имам Аль-Газзали, который нападал на фатимидов в своих книгах, таких как «Аль-Кийатас», «Аль-Мункиз мин Ад-Даляль», «Аль-Мустазхир» и т.д., но позднее отправился в Египет в последние годы жизни и написал там свою книгу «Мишкат-уль-анвар». Д-р Мухаммад Камиль Хусайн комментирует это в следующих словах: «Мне представляется, что главной причиной, по которой фатимидские халифы поощряли ученых и распространение знания, является то, что шиизм сам по себе основан на разуме и знании прежде всего остального. Таким образом, не должно представляться удивительным, что фатимидские халифы придерживались пути знания, являющегося одним из фундаментальных девизов шиитской веры».

Фатимиды уделяли внимание философским исследованиям в то время, когда правители в других странах объявляли всех, занимающихся философией, отступниками и еретиками. Греческая мысль нашла радушный прием у фатимидов, которым удалось расширить ее горизонты. Они уделяли значительное внимание философии и поддерживали всякого, кто был известен своим занятиями изучением любого философского направления. Аль-Азиз Би-Ллах написал Джибраилу бин Бахтишуа и пригласил его приехать в Египет, но тот с извинениями отказался. Также Аль-Хаким пригласил Ибн-уль-Хайсама, который согласился. Они также пригласили Абу-ль-аала Аль-Муарри, обещав ему, что у него будет возможность построить особенный Дар-уль-Илм, где он будет играть ведущую роль и где ему будет возможно получать доход с Аль-Муарра, но он с извинениями отказался. Фатимиды выражали предельную терпимость ко всем, кто противоречил их доктрине. И также они были весьма терпимы и в отношении не-мусульман. Абу-ль-Фатих Мансур бин Мукашшир был личным врачом Аль-Азиза и Аль-Хакима Би-Амри-Ллаха, будучи весьма приближенным к ним. После его смерти Исхак бин Нистас стал врачом Аль-Хакима. Оба они не были мусульманами. Но фатимиды относились к ним, как и ко всем остальным, с большой щедростью, раздавая им халаты, деньги и титулы. История хранит большой список подобных личностей.

Если мы рассмотрим интеллектуальную жизнь исламского мира в течение четвертого столетия и позже, мы обнаружим, что большинство ученых и мыслителей находились под влиянием шиитских идей. Мы также находим, что большинство философов, преуспевших в своих сферах исследований в четвертом столетии или позже, имели более или менее близкое отношение к шиитской доктрине в целом и фатимидской – в частности. Ибн Хаукаль очень сильно склонялся к ним, настолько, что про него говорили, что он входил в число их проповедников. Аль-Фараби в своей дискуссии «Аль-Калам ва-л-Лаух» говорит языков, похожим на язык фатимидских проповедников. Также представляется, что он разделял их идеи о таухиде. Об Ибн Сине говорится, что он принадлежал к исмаилитской доктрине. Его отец был одним из исмаилитских проповедников и таким образом он попал под влияние их верований. Аналогичен и случай с Ихван-ус-Сафа, которые процветали в правление Буидов, склонявшихся к шиизму. Шиитские взгляды нашли свое отражение в письмах Ихван-ус-Сафа. Ибн-уль-Хайсам был очень близок к фатимидскому халифу Аль-Хакиму Би-Амри-Ллаху и жил под его покровительством. Абу-ль-Аала Аль-Маарри был под серьезным влиянием шиитских представлений, которые распространились вокруг него после того, как фатимиды расширили свое влияние до Сирии, где эти идеи получили распространение как и на всех землях, покорившихся фатимидам, а также и на остальных, не покорившихся им. Вот почему поэзия, равно как и проза Абу-ль-Аала Аль-Маарри полна фатимидских верований, весьма популярных в его эпоху. Нам также стоит напомнить о Хамид-уд-Дине Аль-Кирмани, который был главой фатимидской пропаганды в Ираке и Кирмане. Он был автором многих книг по фатимидской философии, Акваль-уз-захабийа и т.д. Все эти книги демонстрируют, что Аль-Кирмани был философом с созревшим мышлением. Мы также можем напомнить, что он также поддерживал религию и был одним из лидеров в проповеди и миссионерской работе. Таким образом, мы можем проследовать далее и обнаружить значительное число мусульманских философов, находившихся под влиянием греческой философии, которую они окрасили исламскими представлениями. Им принадлежит честь представить эти исследования мусульманам. Все они были под влиянием шиитских верований вообще и фатимидских – в частности.

Таким образом, мы обнаруживаем, что фатимиды не забыли и не пренебрегали философией. Под философией здесь мы имеем в виду все исследования, проводившиеся под философской вывеской в средние века, и охватываемые трактатами Ихван-ус-Сафа, т.е., математику, музыку, медицину, астрологию, физику, метафизику, логику и другие подобные исследование, в которых философы того времени достигли превосходства. Ученик не мог называться философом, покуда не изучил все эти направления науки. Мы также видели, каким образом фатимидские верования зависели от разума и знания прежде всего остального и как они проводили различие между метафизикой и физикой. Таким образом, нас не должно удивлять, что мы видим все эти различные направления философских исследований процветающими под фатимидским правлением и то, что фатимиды оказывали им полное покровительство, более того, один из халифов сам достиг превосходства в этих областях исследований и сам был блестящим ученым.

Возможно, наиболее известным математиком, которого видел фатимидский Египет, был Абу Али Мухаммад бин Аль-Хасан бин Аль-Хайсам, о котором профессор Мухаммад Рида сказал: «Если бы мы сравнили Ибн-уль-Хайсама с математиками нашего времени, мы не преувеличивали бы, говоря, что его положение равно положению самого Эйнштейна».



1 2 next